Лабрюйер. 1809 г. Нравы нынешнего века

Aнтикварнaя книга. Фpaнцузский том 19 века. Стaриннaя книга. Антиквaрное издaние. «Lеs caractères dе lа Вruyèrе» (Xарaктеpы [или нравы нынешнего века] Лабрюйера) Книга издaнa в 1809 гoду, в Пaриже, на фрaнцузcком языкe. Пeрвый тoм. Издaтельcтво Imрr. A. Маmе. Фopмат книги 14×8,5 cм., XХХ+257 стp. Полукожаный перeплeт эпoxи с тиснениeм зoлото нa корешке, бумага верже. Французский писатель Жан де Лабрюйер (1645–1696) вошёл в историю как один из крупнейших моралистов Великого века, а главное сочинение его жизни «Персонажи Теофраста, переведенные с греческого, с характерами и нравами нынешнего века» является шедевром европейской литературы ХVII столетия. Работая учителем в королевском дворце Людовика ХIV среди придворного блеска, Лабрюйер наблюдал развитие человеческих страстей, возбуждаемых погоней за земными благами, честолюбием, интригами, тщеславием и притязаниями аристократического общества. Его труд состоит из перевода трактата греческого писателя Теофраста (около 372–288 гг. до н. э.) и серии тематических эссе о характерах, относящихся к современной Франции, написанных в его стиле. Стараясь держаться вдали от людей, среди которых принуждён был вращаться, Лабрюйер тем не менее изобразил целую галерею портретов своей эпохи. Особенно знамениты типы Эмиры — высокомерной кокетки, Гнатона — отталкивающего эгоиста, Меналька — рассеянного человека, Федона — приниженного бедняка. Саркастичная и остроумная, описывающая достоинства и недостатки различных темпераментов, которые не меняются из века в век, книга также отражала нелепую сторону моды, гнусность того или иного порока, несправедливость какого-нибудь мнения или предрассудка, суетность человеческих чувств. Автор обнаружил в ней большую тонкость понимания, чутко улавливая все оттенки чувств и отношений, и проявил богатую фантазию, уменье усиливать характеристики обилием жизненных подробностей, громадное мастерство и колоритность языка. Глава «О сердце» свидетельствует и о том, сколько нежности и любви таилось в этом созерцателе. По мнению Эмиля Золя, «чтение „Характеров“ заставляет размышлять, но ещё больше — улыбаться; порой изумляешься тонкости наблюдений автора, глубине некоторых его мыслей; он нравится — потому что у него нет предвзятых мнений, нет системы и он не ищет иного способа преподать нам добродетель, кроме описывания наших слабостей и недостатков». Современники, конечно, узнавали в большинстве портретов разных выдающихся лиц своего времени, что, без сомнения, прибавило Лабрюйеру врагов. Его избрание во Французскую Академию вызвало поток эпиграмм, в каких анонимные авторы пытались представить его «опасным волком, которого впускают в овчарню». Однако именно благодаря точности изображения людей и нравов той эпохи историческое значение книги Лабрюйера до сих пор столь высоко. Успех сочинения был громадный. Она неоднократно переиздавалась еще при жизни автора и вдохновила целую волну подражателей. В русской литературе традиции Лабрюйера нашли отражение в творчестве А. Д. Кантемира и Д. И. Фонвизина, А. С. Пушкина, Л. Н. Толстого и др.